— Репейка, а я не собирался с тобой сегодня ужинать. — Кот выглядел растерянным.
— Мой козлик шутит! — плавно, нараспев проворковала Репейка и, томно покачивая крутыми бедрами медленно выплыла из кабинета.
— Кот, ты становишься бабником,захохотал Саймон, как только дверь за Репейкой закрылась, — То у тебя шашни с Люси, то с Репейкой…
— Хоть ты помолчи! — огрызнулся Кот.Ты-то понимать должен как никто другой, что все это из-за испорченного холодильника!
В половине десятого в комнату вбежала заплаканная лаборантка Курочка и, глядя на недоумевающих Кота и Саймона, сквозь слезы запричитала:
— Всегда такой обходительный… обаятельный… культурный! А тут сразу облапил… как вокзальную проститутку! А от самого несет как из помойного ведра… как из загаженного холодильника! И еще целоваться лезет! — Курочка и дальше причитала бы, но удрученный вид Кота и Саймона быстро ее успокоил. А тут еще Саймон гробовым голосом сказал
— Садись. Неугомонная ты наша.Курочка ойкнула и села на стул.
— Мужики, че случилось-то? — Кот кивнул головой в сторону холодильника, рядом с которым все еще была огромная лужа. Курочка была умной девушкой и закончила институт с отличием. Ей тоже не нужно было объяснять, что к чему. Курочка опять ойкнула и сильно побледнела:
— Неужели это был он?
— Без истерики. — твердо сказал Саймон и посмотрел прямо Курочке в глаза. — Только без истерики. Тут думать надо как его поймать.
— Мужики, а че поймать-то надо-ть?вместо ответа Кот с Саймоном так посмотрели на Курочку, что та стала сразу же усиленно трясти головой и говорить, что все очень хорошо понятно:
— Да, да… Надо было его и хватать. А то облапил. А он и не тот…
В кабинет снова величаво вплыла Репейка и, ласково глядя на Кота, нежно проворковала:
— Козлик, Касилий Иванович просил напомнить, что сегодня в десять семинар, на котором выступает Павло Обыденный со своей докторской диссертацией. А вечером мы с тобой ужинаем и я скажу тебе «да». И даже не надейся услышать от меня другой ответ, козлик!